8 Bahía de Vigo

8 Bahía de Vigo

8 Бухта Виго

Ya habíamos dejado atrás más de diez mil leguas, es decir, una distancia igual a la circunferencia del globo terráqueo, y ahora el Nautilus surcaba con su roda un espacio acuático inmenso, cuya superficie supera los 90 millones de kilómetros cuadrados. ¿Hacia dónde nos dirigíamos? ¿Qué nos deparaba el futuro?

Позади осталось уже больше 10 тысяч лье, то есть расстояние, равное окружности земного шара, и теперь «Наутилус» рассекал своим форштевнем необозримое водное пространство, площадь которого превышает 90 миллионов квадратных километров. Куда мы держим путь? Что сулит нам будущее?

Al salir a mar abierto, el Nautilus emergió a la superficie, y de inmediato subí a cubierta para respirar aire fresco; me siguieron Conseil y Ned Land. A doce millas al este se perfilaban vagamente los contornos del cabo de San Vicente, extremo suroeste de la península Ibérica.

Выйдя в открытое море, «Наутилус» всплыл на поверхность, и я сейчас же отправился на палубу, чтобы подышать свежим воздухом; за мной последовали Консель и Нед Ленд. В двенадцати милях к востоку неясно вырисовывались очертания мыса Сен-Винсент, юго-западной оконечности Пиренейского полуострова.

Soplaba un fuerte viento del sur, el océano parecía hostil, y las olas azotaban la cubierta. Tuvimos que refugiarnos en los compartimentos bajo cubierta.

Дул крепкий южный ветер, океан выглядел неприветливо, палубу захлестывали волны. Пришлось укрыться в подпалубных помещениях.

Me dirigí a mi camarote, Conseil al suyo, pero el canadiense me siguió. La rápida travesía del Nautilus por el mar Mediterráneo había destruido todos los planes de Ned Land, y no podía ocultar su disgusto.

Я направился в свою каюту, Консель к себе, но канадец последовал за мной. Стремительный бросок «Наутилуса» через Средиземное море разрушил все планы Неда Ленда, и он не мог скрыть своего огорчения.

En cuanto la puerta del camarote se cerró, el arponero se sentó y me miró en silencio.

Как только дверь каюты захлопнулась, гарпунер сел и молча уставился на меня.

—Amigo Ned, ¡lo comprendo! —le dije—. Pero esta vez las circunstancias han sido más fuertes.

– Друг мой Нед, я понимаю вас! – сказал я ему. – Но обстоятельства на этот раз оказались сильнее.

Ned Land permaneció en silencio, pero sus labios apretados y sus cejas fruncidas indicaban que una única idea lo atormentaba.

Нед Ленд молчал, однако его плотно сжатые губы и нахмуренные брови говорили, что его гложет одна-единственная мысль.

—Escuche, Ned —continué—, no hay que desesperarse. Vamos a lo largo de las costas de Portugal; cerca están Francia e Inglaterra. Si el Nautilus, al salir del estrecho de Gibraltar, hubiera girado hacia el sur, compartiría su inquietud…

– Послушайте, Нед, – продолжил я, – не стоит отчаиваться. Мы идем вдоль берегов Португалии, рядом – Франция и Англия. Вот если бы «Наутилус», выйдя из Гибралтарского пролива, повернул на юг, я бы разделял вашу тревогу…

—Esta noche —dijo Ned Land, apenas moviendo los labios y mirándome fijamente.

– Сегодня вечером, – едва разжимая губы и пристально глядя на меня, проговорил Нед Ленд.

Me puse de pie de un salto, sorprendido, sin encontrar palabras.

Я вскочил на ноги от неожиданности, не находя слов.

—Esta noche estaremos a pocas millas de la costa española —continuó el canadiense—. La noche es oscura. El viento sopla del mar. Usted dio su palabra, señor Aronnax, y cuento con usted.

– Сегодня вечером мы будем в нескольких милях от испанского берега, – продолжал канадец. – Ночь темная. Ветер с моря. Вы дали слово, мсье Аронакс, и я рассчитываю на вас.

Yo guardé silencio. Ned Land se levantó y se acercó a mí.

Я молчал. Нед Ленд поднялся и шагнул ко мне.

—¡Hoy a las nueve! —dijo en voz baja—. Conseil está avisado. El capitán se encerrará en su camarote a esa hora. Los marineros y los mecánicos estarán ocupados. Conseil y yo nos deslizaremos hasta la escalera central. Usted, profesor, debe permanecer en la biblioteca y esperar la señal.

– Сегодня в девять! – вполголоса произнес он. – Консель предупрежден. Капитан к этому времени запрется в своей каюте. Матросы и механики будут заняты. Мы с Конселем проберемся к среднему трапу. Вы, профессор, должны находиться в библиотеке и ждать сигнала.

Remos, mástil y vela están en el bote. He llevado allí algunas provisiones y una llave para desatornillar los pernos de sujeción. ¡Todo está listo!

Весла, мачта и парус в шлюпке. Я перенес туда кое-какой провиант и ключ, чтобы отвинтить болты креплений. Все готово!

—¡Pero el mar está agitado! —observé.

– Но море неспокойно! – заметил я.

—Sí, es cierto. Entonces, habrá que arriesgarse. ¡Vale la pena! Si todo sale bien, entre las diez y las once de la noche ya estaremos en la costa...

– Да, это так. Значит, придется рискнуть. Дело того стоит! Если все пройдет благополучно, между десятью и одиннадцатью вечера мы уже будем на берегу…

Con estas palabras, el canadiense salió, dejándome completamente desconcertado. Al haber dado mi palabra, esperaba que el momento adecuado para la fuga no llegara tan pronto. Ahora no tenía tiempo, y no podía objetar nada a Ned Land. Se presentaba una oportunidad, y él quería aprovecharla.

С этими словами канадец вышел, оставив меня в полной растерянности. Связав себя словом, я надеялся, что подходящий момент для побега наступит еще не скоро. Теперь времени у меня не было, и возразить Неду Ленду я не мог. Представлялся случай, и он хотел им воспользоваться.

En ese mismo instante, un silbido y un siseo característicos me hicieron comprender que los depósitos de lastre se estaban llenando de agua y que el Nautilus comenzaba a sumergirse.

В ту же минуту характерные свист и шипение дали мне понять, что балластные резервуары заполняются водой и «Наутилус» начинает погружаться.

Pasé todo el día en mi camarote. No quería encontrarme con el capitán, pues temía que mi agitación me delatara. Sí, deseaba escapar, pero ¿tendría que abandonar el Nautilus sin siquiera haber explorado las profundidades del Atlántico?

Весь день я провел в каюте. Мне не хотелось встречаться с капитаном – я опасался, что волнение выдаст меня. Да, я хотел бы вырваться на свободу, но неужели придется покинуть «Наутилус», даже не заглянув в глубины Атлантики?

Confieso que a veces me invadía el deseo de que alguna circunstancia imprevista impidiera la ejecución del plan de Ned Land.

Признаюсь: временами мною овладевало желание, чтобы какое-нибудь непредвиденное обстоятельство помешало бы исполнению замысла Неда Ленда.

Dos veces salí brevemente al salón para comprobar en el mapa dónde nos encontrábamos. El barco seguía rumbo al norte, cerca de las costas de Portugal. No quedaba más que resignarse a lo inevitable y prepararse para la fuga. Mi equipaje era escaso: unos cuadernos de apuntes.

Дважды я ненадолго выходил в салон, чтобы проверить по карте, где мы находимся. Судно по-прежнему шло на север вблизи берегов Португалии. Оставалось смириться с неизбежным и готовиться к побегу. Багаж мой был невелик: несколько тетрадей записей.

¿Y el capitán Nemo? Deseaba encontrarme con él y a la vez lo temía. A cada momento aguzaba el oído por si sonaban sus pasos en el camarote contiguo al mío, pero no llegaba ningún sonido.

Ну а капитан Немо? Я и желал встречи с ним, и страшился ее. То и дело я прислушивался, не раздадутся ли его шаги в каюте, смежной с моей, – но оттуда не доносилось ни звука.

Entonces me asaltó un pensamiento inesperado: ¿estaba a bordo nuestro misterioso capitán? Aquella noche en que el bote se alejó del Nautilus para cumplir una misión secreta, comprendí que Nemo mantenía algún tipo de contacto con tierra firme. ¿Sería cierto que nunca se ausentaba del Nautilus?

Тут мне пришла в голову неожиданная мысль: а на борту ли наш таинственный капитан? В ту ночь, когда шлюпка отвалила от борта «Наутилуса», выполняя некое секретное поручение, я понял, что Немо все же сохранял какую-то связь с сушей. Действительно ли он никогда не отлучается с «Наутилуса»?

¿No había sucedido que no se dejaba ver durante semanas enteras? ¿Y no estaba cumpliendo entonces alguna misión secreta en tierra?

Разве не бывало так, что он не показывался целыми неделями? И не выполнял ли он в это время какую-то секретную миссию на берегу?

Miles de pensamientos no me dejaban ni un momento de reposo. Me dominaba una angustia torturante, y cada minuto parecía una eternidad.

Тысячи мыслей не давали мне ни минуты покоя. Мною владела мучительная тревога, и каждая минута казалась вечностью.

La cena, como de costumbre, se sirvió en el camarote, pero apenas toqué la comida. Mi agitación crecía y, no pudiendo estarme quieto, comencé a pasear por el camarote. Finalmente, quise echar un último vistazo al salón, donde había pasado tantas horas provechosas, y abarcar con una última mirada la masa de aguas del Atlántico. Sin embargo, las contraventanas metálicas de las ventanas estaban herméticamente cerradas.

Обед, как обычно, подали в каюту, но я едва прикоснулся к еде. Мое волнение все росло, и, не в силах усидеть на месте, я стал расхаживать по каюте. В конце концов мне захотелось в последний раз заглянуть в салон, где я с пользой провел столько часов, и окинуть последним взглядом толщу вод Атлантики. Однако металлические створки окон были наглухо закрыты.

Deambulando por el salón, me encontré junto a la puerta secreta que conducía al camarote del capitán. Estaba entreabierta, y retrocedí un paso involuntariamente. Si Nemo hubiera estado allí, me habría notado. Pero en el camarote reinaba el silencio como siempre. Empujé la puerta, miré a mi alrededor y entré.

Блуждая по салону, я оказался возле потайной двери, ведущей в каюту капитана. Она была приоткрыта, и я невольно отступил на шаг. Если бы Немо был у себя, он заметил бы меня. Но в каюте по-прежнему царила тишина. Я толкнул дверь, оглянулся и вошел.

El mismo ambiente austero de siempre. Varios grabados en las paredes, que no había notado la vez pasada.

Все та же суровая обстановка. Несколько гравюр на стенах – в прошлый раз я их не заметил.

Eran retratos de personajes históricos conocidos: Tadeusz Kościuszko, héroe que luchó por la liberación de Polonia; O'Connell, luchador por la independencia de Irlanda; George Washington, fundador de los Estados Unidos; Giuseppe Mazzini, patriota italiano; Abraham Lincoln, muerto por la bala de un esclavista, y, finalmente, el mártir de la lucha por la liberación de los negros de la esclavitud,

То были портреты известных исторических лиц: Тадеуш Костюшко – герой, боровшийся за освобождение Польши; О’Коннелл – борец за независимость Ирландии; Джордж Вашингтон – основатель Соединенных Штатов; Джузеппе Мадзини – итальянский патриот; Авраам Линкольн, погибший от пули рабовладельца, и, наконец, мученик борьбы за освобождение чернокожих от рабства,

que terminó su vida en la horca: ¡John Brown!

окончивший жизнь на виселице, – Джон Браун!

¿Qué relación podía existir entre el capitán Nemo y estos hombres? ¿No tendría algo que ver con las convulsiones políticas y sociales de los últimos años? ¿No sería uno de los héroes de la guerra entre los estados del Norte y del Sur de América?

Какая связь могла существовать между капитаном Немо и этими людьми? Не имел ли он отношения к политическим и социальным потрясениям последних лет? Не был ли он одним из героев войны между Северными и Южными штатами Америки?

El reloj dio las ocho. Me sobresalté y salí corriendo del camarote del capitán.

Часы пробили восемь. Я вздрогнул и бросился прочь из капитанской каюты.

En el salón, miré por última vez los instrumentos. El Nautilus seguía avanzando hacia el norte a una profundidad de veinte metros. De vuelta en mi camarote, me puse las botas de mar, el gorro y la chaqueta de biso forrada con piel de foca. Estaba listo. Solo el lejano rumor de los motores perturbaba el silencio que reinaba a bordo.

В салоне я в последний раз взглянул на приборы. «Наутилус» все так же шел на север на глубине двадцати метров. Вернувшись в свою каюту, я надел морские сапоги, шапку и куртку из биссуса, подбитую мехом нерпы. Я был готов. Только отдаленный гул двигателей нарушал тишину, царившую на борту.

Poco antes de las nueve, pegué el oído a la puerta del camarote del capitán. Ni un sonido. Volví al salón, sumido en la oscuridad, y abrí la puerta de la biblioteca. Vacía. Me senté junto a la puerta que daba a la escalera central y esperé la señal.

Незадолго до девяти я приложил ухо к двери каюты капитана. Ни звука. Я вернулся в салон, погруженный во мрак, и отворил дверь в библиотеку. Пусто. Я уселся у двери, выходившей к среднему трапу, и стал ждать сигнала.

En ese momento, la vibración del casco del buque disminuyó y luego cesó por completo. ¿Qué significa esto? Pronto siguió un leve sacudón: el buque se posó en el fondo. Estuve a punto de correr hacia Ned Land y pedirle que aplazara la fuga, porque sentía intensamente que algo inusual estaba ocurriendo.

В эту минуту вибрация корпуса судна уменьшилась, а затем совсем прекратилась. Что это означает? Вскоре последовал легкий толчок – судно опустилось на дно. Я готов был броситься к Неду Ленду и просить его отложить побег, потому что остро чувствовал: происходит нечто необычное.

De repente, la puerta del salón se abrió de par en par y el capitán Nemo apareció en el umbral. Al verme, dijo animadamente:

Внезапно дверь салона распахнулась и на пороге показался капитан Немо. Заметив меня, он оживленно произнес:

– ¡Oh! ¡A usted precisamente buscaba, señor profesor! ¿Conoce bien la historia de España?

– О! Вас-то я и искал, господин профессор! Вы хорошо знакомы с историей Испании?

Confieso que, en el estado en que me encontraba, no habría recordado ni una sola fecha, ni siquiera de la historia de mi querida Francia.

Признаюсь, что в том состоянии, в каком я находился, я бы не вспомнил ни одной даты даже из истории родной Франции.

– Apenas – respondí.

– Едва ли, – ответил я.

– Entonces le contaré un episodio curioso. Para usted no carecerá de interés, pues en él encontrará la respuesta a la pregunta que, según creo, todavía le ocupa.

– Тогда я расскажу вам об одном любопытном эпизоде. Для вас он небезынтересен, так как в нем вы найдете ответ на вопрос, который, как я думаю, вас все еще занимает.

– Le escucho – dije, sin comprender aún adónde quería llegar mi interlocutor.

– Слушаю вас, – сказал я, пока не понимая, к чему клонит мой собеседник.

– Pues bien, remontémonos al pasado – continuó Nemo. – En 1702, como usted probablemente sabe, el rey francés Luis XIV intentó colocar en el trono español a su nieto, el duque de Anjou. Coronado con el nombre de Felipe V, este se vio obligado a luchar contra poderosos enemigos exteriores: Holanda, Austria e Inglaterra.

– Итак, обратимся к прошлому, – продолжал Немо. – В 1702 году, как вы, вероятно, знаете, французский король Людовик XIV попытался посадить на испанский престол своего внука – герцога Анжуйского. Коронованный под именем Филиппа V, тот был вынужден вступить в борьбу с сильными внешними врагами – Голландией, Австрией и Англией.

España tuvo que hacer frente a esa coalición, pero su ejército era débil y su flota no servía para nada. Felipe disponía de enormes recursos financieros, pero solo podía utilizarlos con la condición de que los galeones españoles, cargados de oro y plata procedentes de América del Sur, llegaran sin obstáculos a los puertos de España.

Испании пришлось противостоять этой коалиции, но армия ее была слаба, а флот никуда не годился. У Филиппа имелись огромные финансовые средства, однако воспользоваться ими можно было лишь при том условии, что испанские галеоны, груженные золотом и серебром из Южной Америки, беспрепятственно достигнут портов Испании.

Precisamente a finales de 1702 se esperaba ese transporte: toda una caravana de galeones cruzaba el océano bajo la protección de una escuadra francesa de veintitrés barcos, al mando del almirante Château-Renault. Estos barcos protegían el valioso cargamento de las incursiones de la flota de la coalición.

Как раз в конце 1702 года ожидался такой транспорт – целый караван галеонов шел через океан под прикрытием французской эскадры из двадцати трех кораблей, которой командовал адмирал Шато-Рено. Эти корабли оберегали драгоценный груз от посягательств флота коалиции.

La caravana debía llegar a Cádiz, pero el almirante, al enterarse de que barcos ingleses navegaban por esas aguas, decidió dirigirse a la bahía de Vigo, en la costa noroeste de España.

Караван должен был прибыть в Кадис, но адмирал, узнав, что в здешних водах крейсируют английские суда, решил следовать в бухту Виго, что на северо-западном берегу Испании.

Al llegar allí, los barcos de la caravana echaron anclas en la rada, y esa posición era completamente inadecuada para la defensa. Había que apresurarse desesperadamente a descargar los tesoros antes de que aparecieran en el horizonte los barcos de la coalición.

Прибыв туда, суда каравана бросили якоря на рейде, и эта позиция была совершенно непригодна для обороны. Надо было отчаянно спешить с выгрузкой сокровищ, пока не появились на горизонте корабли коалиции.

Pero entonces surgió un extraño conflicto. Los comerciantes de Cádiz gozaban del privilegio real de recibir todas las mercancías que llegaban de las colonias españolas. Por consiguiente, descargar los galeones con oro y plata en el puerto de Vigo suponía una violación de su privilegio.

Но тут возникла удивительная коллизия. Кадисские купцы пользовались королевской привилегией принимать все грузы, прибывавшие из испанских колоний. Следовательно, разгрузка галеонов с золотом и серебром в порту Виго являлась нарушением их привилегии.

Los comerciantes se apresuraron a presentar una queja en Madrid, y el insignificante Felipe V impuso la prohibición de descargar los barcos hasta que el camino a Cádiz quedara libre.

Купцы бросились с жалобой в Мадрид, и ничтожный Филипп V наложил запрет на разгрузку кораблей до тех пор, пока путь в Кадис не окажется свободным.

El veintidós de octubre de 1702, los barcos ingleses entraron en la bahía de Vigo. El almirante Château-Renault era un verdadero guerrero: opuso una resistencia feroz al enemigo, y cuando comprendió que la batalla estaba perdida, ordenó hundir los galeones junto con todos los tesoros que había a bordo, con tal de que no cayeran en manos de los enemigos...

Двадцать второго октября 1702 года английские корабли вошли в бухту Виго. Адмирал Шато-Рено был настоящим воином: он оказал противнику яростное сопротивление, а когда понял, что битва проиграна, велел затопить галеоны вместе со всеми сокровищами, находившимися на борту, – лишь бы они не попали в руки врагов…

El capitán Nemo se calló. Yo todavía no comprendía qué relación podía tener esa historia conmigo.

Капитан Немо умолк. Я все еще не понимал, какое отношение эта история могла иметь ко мне.

– Ahora nos encontramos en la bahía de Vigo, y usted, señor Aronnax, tiene la oportunidad de contemplar lo que ocultan estas aguas.

– Сейчас мы находимся в бухте Виго, и вы, мсье Аронакс, имеете возможность взглянуть на то, что скрывают здешние воды.

Nemo se levantó, invitándome con un gesto hacia la ventana de cristal del salón.

Немо поднялся, жестом пригласив меня к хрустальному окну в салоне.

En un radio de media milla alrededor del Nautilus, la masa marina estaba atravesada por la luz eléctrica. Se veía claramente el fondo de arena limpia, sobre el que se perfilaban en negro los cascos de torpes veleros. Entre ellos se movían marineros vestidos con escafandras, que desenterraban barriles y cofres medio podridos.

В радиусе полумили вокруг «Наутилуса» морская толща была пронизана электрическим светом. Было отчетливо видно чистое песчаное дно, на котором чернели остовы неуклюжих парусников. Между ними сновали матросы, облаченные в скафандры, – они выкапывали полусгнившие бочонки и сундуки.

A veces, las tablas de algún cofre, carcomidas por los moluscos, no soportaban el peso, y sobre la arena caían lingotes de oro y plata, cascadas de piastras y joyas preciosas. El fondo estaba sembrado de esos tesoros.

Порой доски того или иного сундука, источенные моллюсками, не выдерживали тяжести, и на песок сыпались слитки золота и серебра, каскады пиастров и драгоценных украшений. Дно было усеяно этими сокровищами.

Comprendí: ante mí estaba el escenario de la batalla ocurrida el 22 de octubre de 1702. Fue aquí donde se hundieron los galeones con el oro de la corona española, y de aquí sacaba el capitán Nemo sus millones según sus necesidades. De los tesoros arrebatados por los rapaces españoles a los incas y aztecas, había un único heredero: ¡el dueño del Nautilus!

Я понял: передо мной была арена битвы, происшедшей 22 октября 1702 года. Именно здесь были затоплены галеоны с золотом испанской короны и отсюда капитан Немо черпал по мере надобности свои миллионы. У сокровищ, отнятых хищными испанцами у инков и ацтеков, оказался единственный наследник – хозяин «Наутилуса»!

– Yo solo recojo lo que los hombres han perdido – dijo Nemo con una sonrisa –. Y no solo aquí, en la bahía de Vigo, sino en otros cien lugares donde han ocurrido naufragios. ¿Le parece a usted censurable?

– Я всего лишь собираю то, что было утрачено людьми, – с улыбкой заметил Немо. – И не только здесь, в бухте Виго, но и в сотне других мест, где случались кораблекрушения. Вы находите, что это предосудительно?

– No, no me parece – respondí –. Lo único que se puede lamentar es que todas estas riquezas incalculables, con una distribución justa, podrían haber aliviado la vida de miles de pobres. ¡Pero están perdidas para ellos!

– Нет, не нахожу, – ответил я. – Единственное, о чем можно пожалеть: все эти несметные богатства при справедливом распределении могли бы облегчить жизнь тысячам бедняков. Но они для них потеряны!

Mis palabras claramente afectaron al capitán Nemo.

Мои слова явно задели капитана Немо.

– ¡Perdidas! – exclamó –. ¿Entonces usted cree que, si los tesoros han caído en mis manos, están perdidos para siempre para los pobres y oprimidos? ¿Acaso piensa que todo este oro está destinado a mí? ¿Y quién le ha dicho que no hace buenas obras? ¡Si yo sé cuántos desdichados, desposeídos, víctimas de la violencia y la injusticia hay en la tierra!...

– Потеряны! – воскликнул он. – Значит, вы считаете, что, если сокровища оказались в моих руках, они навсегда потеряны для бедных и угнетенных? Неужели вы думаете, что все это золото предназначается мне? И кто вам сказал, что оно не творит добрых дел? Мне ли не знать, сколько на земле несчастных, обездоленных, жертв насилия и несправедливости!..

El capitán Nemo se interrumpió a media palabra, quizás ya lamentando haber dicho demasiado. Pero no necesitaba continuar: yo lo había entendido todo. Cualesquiera que fueran las razones que lo habían llevado a ocultarse en las profundidades de los mares, seguía siendo un hombre. Su corazón respondía al sufrimiento humano, y brindaba una generosa ayuda a quienes más la necesitaban.

Капитан Немо оборвал себя на полуслове, возможно, уже жалея, что сказал лишнее. Но он мог не продолжать – я и без того все понял. Какими бы ни были причины, заставившие его скрываться в глубинах морей, он оставался человеком. Его сердце откликалось на людские страдания, и он оказывал щедрую помощь тем, кто в ней больше всего нуждался!

¡Así que a eso estaban destinados los lingotes de oro que el capitán Nemo había enviado en aquel día memorable, cuando el Nautilus se encontraba en las aguas de la isla de Creta, en plena revuelta contra los turcos!

Так вот кому предназначались золотые слитки, отправленные капитаном Немо в тот памятный день, когда «Наутилус» находился в водах охваченного восстанием против турок острова Крит!