9 El continente desaparecido

9 El continente desaparecido

9 Исчезнувший материк

En la mañana del 19 de febrero, Ned Land se presentó ante mí. Lo esperaba. El canadiense tenía un aspecto extremadamente perturbado.

Утром 19 февраля ко мне явился Нед Ленд. Я ожидал его. Вид у канадца был чрезвычайно расстроенный.

—No hay nada que hacer, Ned —dije—. Las circunstancias están de nuevo en nuestra contra.

– Ничего не поделаешь, Нед, – сказал я. – Обстоятельства снова против нас.

—¡Bah! ¡Y tenía que ser precisamente en el momento en que nos disponíamos a huir cuando este maldito capitán detuvo el barco!

– Эх! И надо же было этому чертову капитану остановить судно именно в тот час, когда мы собрались бежать!

Tuve que contarle todo lo que había sucedido la noche anterior.

Пришлось рассказать обо всем, что случилось минувшей ночью.

—Pero aún no está todo perdido —declaró Ned Land—. Podemos intentarlo de nuevo esta misma noche...

– Однако не все еще потеряно! – заявил Нед Ленд. – Можно повторить попытку сегодня же вечером…

—Para eso necesitamos saber hacia dónde se dirige el Nautilus y a qué distancia de las costas de Europa estará al final del día —observé.

– Для этого нам следует знать, куда направляется «Наутилус» и как далеко от берегов Европы он окажется в конце дня, – заметил я.

El canadiense fue a ver a Conseil, y yo salí al salón. Las lecturas de la brújula no favorecían a Ned Land: íbamos hacia el sur-suroeste, es decir, dando la espalda a Europa.

Канадец отправился к Конселю, а я вышел в салон. Показания компаса были не в пользу Неда Ленда: мы шли на юго-юго-запад, так сказать, повернувшись спиной к Европе.

A las once y media, el barco, como de costumbre, emergió a la superficie del océano. Me lancé a la cubierta, pero Ned Land se me adelantó.

В половине двенадцатого судно, как обычно, всплыло на поверхность океана. Я бросился на палубу, но Нед Ленд опередил меня.

No había señales de tierra en el horizonte. Alrededor se extendía un desierto acuático sin límites. El cielo estaba cubierto de nubes desgarradas; todo presagiaba una tormenta.

Никаких признаков земли на горизонте. Вокруг лежала необозримая водная пустыня. Небо застилали рваные тучи, все предвещало бурю.

Sin embargo, al mediodía el sol se mostró por un instante, y el segundo de a bordo, aprovechando el momento, determinó su altura. Enseguida se desató un chubasco y tuvimos que regresar al interior.

Однако в полдень на минуту показалось солнце, и помощник капитана, воспользовавшись моментом, определил его высоту. Тут же налетел шквал, и нам пришлось вернуться в подпалубное помещение.

Una hora más tarde, al mirar el mapa, comprobé que estábamos a seiscientos kilómetros de la costa más cercana; por lo tanto, no había que pensar en la fuga. La furia del canadiense cuando le comuniqué nuestras coordenadas, ni siquiera me atrevo a describirla.

Часом позже, взглянув на карту, я удостоверился, что мы в шестистах километрах от ближайшего берега, следовательно, о побеге нечего было и думать. Ярость канадца, когда я сообщил ему наши координаты, даже не берусь описать.

Yo, en cambio, me sentía completamente distinto: como si un peso enorme se hubiera desprendido de mis hombros, y ahora podía dedicarme con relativa calma a las observaciones, mediciones y anotaciones habituales.

Я же чувствовал себя совершенно иначе: словно тяжкий груз свалился с моих плеч, и теперь я мог относительно спокойно приняться за обычные наблюдения, измерения и записи.

Hacia las once de la noche, el capitán Nemo entró inesperadamente en mi habitación. Tras preguntar si la noche de insomnio pasada me había fatigado, me propuso participar en una excursión de lo más curiosa. Le agradecí y le dije que estaba dispuesto a partir en cualquier momento.

Около одиннадцати часов вечера ко мне неожиданно вошел капитан Немо. Поинтересовавшись, не утомила ли меня минувшая бессонная ночь, он предложил мне принять участие в одной любопытнейшей экскурсии. Я поблагодарил и сказал, что готов отправиться в любую минуту.

—Bueno, profesor —dijo Nemo—, solo queda ponerse los escafandros y en marcha. Pero le advierto: el camino será difícil, además es de noche, y hasta ahora solo ha salido al fondo marino con luz solar. Necesitará todas sus fuerzas.

– Ну что ж, профессор, – произнес Немо, – остается надеть скафандры – и в путь. Но предупреждаю: дорога нам предстоит трудная, к тому же сейчас ночь, а до сих пор вам приходилось выходить на морское дно только при солнечном свете. Вам понадобятся все ваши силы.

Al entrar en la sala del equipo de buceo, no encontré allí ni a mis compañeros ni a los marineros. Su participación en el misterioso paseo nocturno, evidentemente, no estaba prevista.

Войдя в помещение с водолазным снаряжением, я не обнаружил там ни моих спутников, ни матросов. Их участие в таинственной ночной прогулке, очевидно, не предполагалось.

Unos minutos después, ambos estábamos listos. Los depósitos tenían una reserva completa de aire comprimido, pero no había linternas. Intenté llamar la atención del capitán sobre esto, pero él dijo que no las necesitaríamos. Esto me desconcertó, pues fuera reinaría una oscuridad impenetrable.

Спустя несколько минут мы оба были готовы. В резервуарах имелся полный запас сжатого воздуха, однако фонарей не было. Я попытался обратить на это внимание капитана, но он сказал, что они нам не понадобятся. Это меня смутило – ведь за бортом будет царить непроглядная тьма.

Me puse el casco, y el marinero que nos ayudaba me puso en la mano un bastón con punta de acero. No pasaron ni tres minutos cuando nos encontramos en el fondo del océano Atlántico, a trescientos metros de profundidad.

Я надел шлем, а помогавший нам матрос сунул мне в руку палку со стальным наконечником. Не прошло и трех минут, как мы оказались на дне Атлантического океана на глубине трехсот метров.

Se acercaba la medianoche. La oscuridad envolvía las profundidades marinas, pero el capitán Nemo señaló una mancha rojiza a dos millas del Nautilus, que recordaba el resplandor de un incendio lejano.

Близилась полночь. Мрак окутывал морские глубины, но капитан Немо указал на красноватое пятно в двух милях от «Наутилуса», напоминающее зарево далекого пожара.

¿Fuego? ¿De dónde podía venir el fuego en un medio líquido? No encontraba explicación, pero, como fuera, la semiluz rojiza facilitaba nuestro camino.

Огонь? Откуда мог взяться огонь в жидкой среде? Объяснения этому я не находил, но, как бы то ни было, красноватый полусвет облегчал нам путь.

Caminaba junto al capitán. El fondo al principio era llano, y luego comenzó una subida. Los pies, calzados con botas de plomo, se hundían en la mezcla de algas y piedras pequeñas.

Я шел рядом с капитаном. Дно поначалу было ровное, а потом начался подъем. Ноги, обутые в свинцовые башмаки, увязали в месиве водорослей и мелких камней.

Así continuó durante aproximadamente media hora. Con la débil luz fosforescente de medusas y plumas de mar, distinguía vagamente bloques de piedra cubiertos de mechones de algas. Al volverme, todavía veía la luz del reflector del Nautilus, pero gradualmente se desvanecía a medida que nos alejábamos del barco.

Так продолжалось около получаса. В слабом фосфоресцирующем свете медуз и морских перьев я смутно различал каменные глыбы, покрытые космами водорослей. Оглядываясь, я все еще видел свет прожектора «Наутилуса», но постепенно он бледнел, по мере того как мы удалялись от судна.

Mientras tanto, la luz rojiza que nos servía de guía se hacía cada vez más brillante. ¿Acaso éramos testigos de un fenómeno natural aún desconocido para la ciencia? ¿Y si ese fenómeno tuviera relación con el hombre, y en las profundidades del océano se ocultara toda una colonia de amigos y correligionarios del capitán Nemo, que vivieran de la misma manera?

Между тем красноватый свет, служивший нам ориентиром, становился все ярче. Не оказались ли мы свидетелями явления природы, еще не известного науке? А что, если к этому явлению имеет отношение человек, и не скрывается ли в глубине океана целая колония друзей и единомышленников капитана Немо, живущих такой же жизнью?

Una luz carmesí emanaba de detrás de la cima de la montaña, que se elevaba más de doscientos metros sobre el fondo, pero no era más que el reflejo de otros rayos de luz más intensos que se dispersaban en las capas de agua. La fuente principal del inexplicable resplandor se encontraba al otro lado de la montaña.

Багровый свет исходил из-за вершины горы, вздымавшейся на двести с лишним метров над дном, но был всего лишь отражением иных, более сильных световых лучей, рассеивавшихся в слоях воды. Главный источник необъяснимого сияния находился по другую сторону горы.

El capitán Nemo caminaba con paso firme, encontrando fácilmente el camino en el laberinto de bloques de piedra. Evidentemente, había estado allí más de una vez, por lo que yo también me sentía tranquilo. La silueta oscura de este alto genio de los mares se perfilaba contra el resplandor lejano.

Капитан Немо шагал уверенно, легко отыскивая путь в лабиринте каменных глыб. Видимо, он не раз бывал здесь, поэтому и я чувствовал себя спокойно. Темный силуэт этого рослого гения морей вырисовывался на фоне отдаленного зарева.

Hacia la una de la madrugada llegamos al pie de la montaña. Sin embargo, para ascender por su ladera, tuvimos que abrirnos paso a través de una espesura forestal. Sí, sí: eran auténticos árboles terrestres, ¡pero petrificados por la acción de las sales disueltas en el agua! Entre esta jungla fósil, aquí y allá se alzaban pinos gigantes.

Около часа ночи мы подошли к подножию горы. Однако чтобы подняться по ее склону, нам пришлось пробираться через лесную чащу. Да-да – то были самые настоящие земные деревья, но окаменевшие под воздействием растворенных в воде солей! Среди этих ископаемых джунглей кое-где вздымались ввысь гигантские сосны.

Caminaba trepando por las rocas, saltando sobre troncos caídos, rasgando lianas marinas, espantando bancos de peces. No sentía fatiga, asombrado por el espectáculo que se desplegaba ante mí.

Я шел, взбираясь на скалы, перепрыгивая через упавшие стволы, разрывая морские лианы, вспугивая стаи рыб. Усталости я не чувствовал, пораженный открывшимся передо мной зрелищем.

Escalábamos acantilados; a derecha e izquierda del sendero se abrían lúgubres galerías en las que la mirada se perdía. Y de pronto se nos presentaban amplias praderas que parecían despejadas por mano humana, y que se alternaban con negros abismos.

Мы взбирались на утесы, справа и слева от тропы зияли мрачные галереи, в которых терялся взгляд. И вдруг перед нами открывались широкие лужайки, казалось, расчищенные рукою человека, а они сменялись черными пропастями.

Habían pasado dos horas desde que dejamos el Nautilus. Ya habíamos atravesado el bosque petrificado, y ahora, a treinta metros por encima de nosotros, se alzaba una aguda cumbre montañosa. El macizo rocoso estaba surcado de grietas, cuevas y abismos, de cuyas profundidades surgían extraños sonidos.

Прошло два часа с тех пор, как мы покинули «Наутилус». Мы уже миновали окаменевший лес, и теперь в тридцати метрах над нами вздымалась остроконечная горная вершина. Скальный массив был изрыт трещинами, пещерами и пропастями, из глубин которых доносились какие-то странные звуки.

Miles de puntos luminosos brillaban en la oscuridad: eran los ojos de crustáceos gigantescos que se ocultaban en sus madrigueras, y de moluscos cefalópodos.

Тысячи светящихся точек поблескивали в темноте – то были глаза исполинских ракообразных, укрывавшихся в своих норах, и головоногих моллюсков.

El capitán Nemo no les prestaba la menor atención. Finalmente llegamos a una meseta, y allí se me presentaron pintorescas ruinas, ¡indudable obra de manos humanas!

Капитан Немо не обращал на них ни малейшего внимания. Наконец мы добрались до плоскогорья – и здесь передо мной предстали живописные развалины, несомненное творение рук человеческих!

No pude contener una exclamación de asombro. En los amontonamientos de piedras, cubiertos por un manto de algas y zoófitos, se discernían claramente las proporciones arquitectónicas de edificios, palacios y templos.

Я не смог сдержать возглас изумления. В нагромождениях камней, покрытых ковром водорослей и зоофитов, явственно угадывались архитектурные пропорции зданий, дворцов, храмов.

¿Dónde me encontraba? ¿Adónde me había llevado el capitán Nemo?

Где я находился? Куда привел меня капитан Немо?

Aferré el brazo de mi guía, pero él, negando con la cabeza, señaló la cima de la montaña, como diciendo: «¡Adelante! ¡Solo adelante!»

Я схватил моего провожатого за руку, но он, отрицательно покачав головой, указал на вершину горы, как бы говоря: «Вперед! Только вперед!»

Unos minutos después escalamos la cima, que se elevaba unos diez metros sobre el macizo rocoso. Miré a mi alrededor. Detrás quedaba la ladera que descendía unos doscientos cincuenta metros, y delante se extendía un espacio inmenso y brillantemente iluminado.

Спустя несколько минут мы вскарабкались на пик, метров на десять вздымавшийся над скалистым массивом. Я огляделся. Позади лежал склон, уходивший вниз метров на двести пятьдесят, а впереди расстилалось необозримое ярко освещенное пространство.

La montaña en la que estábamos resultó ser un volcán. Del amplio cráter brotaban torrentes de lava ardiente, formando cascadas que se precipitaban en las negras profundidades. El agua hervía, los gases volcánicos se elevaban a la superficie en gigantescos penachos, y una luz carmesí inundaba todo a nuestro alrededor.

Гора, на которой мы стояли, оказалась вулканом. Из широкого жерла кратера выползали потоки огненной лавы, образуя каскады, низвергающиеся в черные глубины. Вода клокотала, вулканические газы гигантскими султанами поднимались к поверхности, багровый свет заливал все вокруг.

Y entonces, ante mis ojos, apareció una ciudad muerta: restos de edificios con techos derrumbados y muros semidestruidos, ruinas de templos con columnas caídas, el gigantesco esqueleto de un acueducto.

И тут перед моими глазами возник мертвый город: остатки зданий с провалившимися кровлями и полуразрушенными стенами, развалины храмов с поверженными колоннами, гигантский остов акведука.

Al pie mismo del volcán se veían los restos cubiertos de limo de una acrópolis, cuyas proporciones anticipaban el Partenón griego, y más allá, según todas las señales, había existido un gran puerto marítimo del que partían vacías hondonadas de calles.

У самого подножия вулкана виднелись занесенные илом останки акрополя, пропорции которого предвосхищали греческий Парфенон, а далее, по всем приметам, когда-то находился крупный морской порт, от которого отходили пустынные провалы улиц.

¿Dónde estoy? Para entenderlo, ¡estaba dispuesto a quitarme el casco de buceo de la cabeza!

Где я? Чтобы понять это, я готов был сбросить с головы водолазный шлем!

Pero el capitán Nemo me detuvo con un gesto. Luego, levantando un trozo de piedra caliza, trazó en la negra pared de basalto una sola palabra: Atlántida.

Но капитан Немо знаком остановил меня. Затем, подняв кусок известняка, он начертал на черной базальтовой стене всего одно слово – Атлантида.

¡Atlántida! ¡El continente descrito por Platón, cuya existencia los científicos discuten desde la antigüedad hasta nuestros días! ¡Ese mismo yacía ante mí con todas las evidencias de la grandiosa catástrofe que lo había alcanzado! ¡La tierra de la poderosa tribu de los atlantes, con quienes los antiguos griegos libraron sus primeras guerras!

Атлантида! Описанный Платоном материк, о существовании которого спорят ученые со времен античности и до наших дней! Именно он лежал передо мной со всеми свидетельствами постигшей его грандиозной катастрофы! Земля могущественного племени атлантов, с которыми древние греки вели свои первые войны!

Una sola noche y un solo día bastaron para borrar la Atlántida de la faz de la tierra, y ahora solo las cimas de sus montañas más altas eran visibles para nuestros ojos: la isla de Madeira, las Azores, las Canarias y las islas de Cabo Verde.

Всего одной ночи и одного дня оказалось достаточно, чтобы стереть Атлантиду с лица земли, и теперь нашим взорам были доступны только вершины ее высочайших гор – остров Мадейра, Азорские и Канарские острова и Острова Зеленого Мыса!

Todo esto pasó rápidamente por mi mente apenas vi la palabra escrita por el capitán Nemo.

Все это молниеносно пронеслось у меня в голове, едва я увидел написанное капитаном Немо слово.

¡Así que hasta aquí me había llevado el incomprensible destino! Estaba de pie en la cima de una montaña de un continente desaparecido, tocando las piedras de edificios erigidos en tiempos inimaginablemente remotos. ¡Oh, si tuviera suficiente tiempo para bajar por la ladera de la montaña y cruzar todo este legendario continente que una vez unió África con Europa!

Так вот куда забросила меня непостижимая судьба! Я стоял на вершине горы исчезнувшего материка, прикасался к камням зданий, возведенных в немыслимо далекие времена. О, если бы у меня было достаточно времени, чтобы спуститься со склона горы и пересечь весь этот легендарный материк, некогда соединявший Африку с Европой!

Pasamos una hora entera tratando de grabar en la memoria la grandiosa escena que se extendía ante nosotros, iluminada por los reflejos de la lava incandescente. A veces un estremecimiento recorría la superficie de la montaña: era el magma que hervía en las entrañas. Un rugido majestuoso resonaba claramente en nuestros oídos.

Мы провели целый час, стараясь запечатлеть в памяти раскинувшуюся перед нами грандиозную картину, озаренную отсветами раскаленной лавы. Порой дрожь пробегала по поверхности горы – то клокотали в недрах расплавленные горные породы. Величественный гул отчетливо звучал в наших ушах.

Finalmente, el capitán Nemo se enderezó, lanzó una última mirada al sombrío y hermoso paisaje y me hizo una señal para que lo siguiera.

Наконец капитан Немо выпрямился, окинул последним взглядом сумрачный и прекрасный пейзаж и подал мне знак следовать за ним.

Tras descender por la ladera del volcán submarino, pasamos junto a un bosque fósil, y pronto divisé a lo lejos el reflector del Nautilus, brillando como una estrella.

Спустившись по склону подводного вулкана, мы миновали ископаемый лес, и вскоре я заметил вдали прожектор «Наутилуса», сверкавший, как звезда.

Subimos a bordo en el momento en que los primeros rayos del sol naciente tocaban la superficie del océano.

На борт мы поднялись в ту минуту, когда первые лучи восходящего солнца коснулись поверхности океана.