El nuevo mundo

Retrocedamos algunos días.

Вернемся на несколько дней назад.

Cuando Teodoro Golfín levantó por primera vez el vendaje de Pablo Penáguilas, este dio un grito de espanto. Sus movimientos todos eran de retroceso.

Когда Теодоро Гольфин впервые снял повязку с глаз Пабло Пенагиласа, тот вскрикнул от ужаса. Все его тело отшатнулось назад.

Extendía las manos como para apoyarse en un punto y retroceder mejor. El espacio iluminado era para él como un inmenso abismo en el cual se suponía próximo a caer.

Он вытянул руки, словно ища опору, чтобы отступить дальше. Озаренное светом пространство казалось ему бездонной пропастью, куда он вот-вот сорвется.

El instinto de conservación obligábale a cerrar los ojos. Excitado por Teodoro, por su padre y los demás de la casa, que sentían la ansiedad más honda, miró de nuevo; pero el temor no disminuía.

Инстинкт самосохранения заставлял его зажмуриться. Ободренный Теодоро, отцом и всеми домашними, замершими в глубочайшей тревоге, он взглянул снова; но страх не отступал.

Las imágenes entraban, digámoslo así, en su cerebro violenta y atropelladamente con una especie de brusca embestida, de tal modo que él creía chocar contra los objetos.

Образы, можно сказать, врывались в его мозг стремительно и беспорядочно, бурным натиском, так что ему казалось, будто он наталкивается на вещи.

Las montañas lejanas se le figuraban hallarse al alcance de su mano, y los objetos y personas que le rodeaban los veía cual si rápidamente cayeran sobre sus ojos.

Далекие горы чудились находящимися на расстоянии вытянутой руки, а окружающие предметы и люди — стремительно падающими прямо на него.

Teodoro Golfín observaba estos fenómenos con la más viva curiosidad, porque era aquél el segundo caso de curación de ceguera congénita que había presenciado.

Теодоро Гольфин наблюдал эти явления с живейшим любопытством: это был лишь второй случай исцеления врожденной слепоты на его веку.

Los demás no se atrevían a manifestar alegría; de tal modo les confundía y pasmaba la perturbada inauguración de las funciones ópticas en el afortunado paciente. Pablo experimentaba una alegría delirante.

Остальные не смели выказать радости: столь смутило и поразило их это мучительное пробуждение зрения у счастливого больного. Сам же Пабло испытывал исступленный восторг.

Sus nervios y su fantasía hallábanse horriblemente excitados, por lo cual Teodoro juzgó prudente obligarle al reposo. Sonriendo le dijo:

Его нервы и воображение были страшно взбудоражены, поэтому Теодоро счел благоразумным предписать ему покой. Улыбаясь, он произнес:

--Por ahora ha visto usted bastante. No se pasa de la ceguera a la luz, no se entra en los soberanos dominios del sol como quien entra en un teatro. Es este un nacimiento en que hay también mucho dolor.

— На пока довольно. Из тьмы к свету, во владения солнца не входят запросто, как в театр. Это рождение на свет, а оно не бывает без мук.

Más tarde el joven mostró deseos tan vehementes de volver a ejercer su nueva facultad preciosa, que Teodoro consintió en abrirle un resquicio del mundo visible.

Позже юноша выказал столь страстное желание вновь испытать обретенный драгоценный дар, что Теодоро согласился приоткрыть для него щелочку в зримый мир.

--Mi interior--dijo Pablo, explicando su impresión primera--está inundado de hermosura, de una hermosura que antes no conocía. ¿Qué cosas fueron las que entraron en mí llenándome de terror?

— Вся душа моя, — рассказывал Пабло о первом впечатлении, — затоплена красотой, неведомой мне прежде. Что же это было такое, что ворвалось в меня и вселило страх?

La idea del tamaño, que yo no concebía sino de una manera imperfecta, se me presentó clara y terrible, como si me arrojaran desde las cimas más altas a los abismos más profundos.

Понятие величины, которое я представлял лишь смутно, предстало передо мной ясно и грозно, словно меня сбросили с высочайших вершин в глубочайшие бездны.

Todo esto es bello y grandioso, aunque me hace estremecer. Quiero ver repetidas esas sensaciones sublimes. Aquella extensión de hermosura que contemplé me ha dejado anonadado: era una cosa serena y

Все это прекрасное и величественное пугает меня до дрожи. Я жажду вновь пережить эти возвышенные чувства. Необозримый простор красоты ошеломил меня: это было нечто безмятежное и...

majestuosamente inclinada hacia mí como para recibirme. Yo veía el Universo entero corriendo hacia mí y estaba sobrecogido y temeroso.... El cielo era un gran vacío atento, no lo expreso bien...

величественно склоненное ко мне, словно готовое принять меня. Я видел, как вся вселенная устремляется ко мне, и трепетал от ужаса... Небо казалось огромной внимательной пустотой, нет, не так...

era el aspecto de una cosa extraordinariamente dotada de expresión. Todo aquel conjunto de cielo y montañas me observaba y hacia mí corría... pero todo era frío y severo en su gran majestad.

оно выглядело необычайно одухотворенным. Небо и горы смотрели на меня и неслись мне навстречу... но все было холодно и строго в своем величии.

Enséñenme una cosa delicada y cariñosa... la Nela, ¿en dónde está la Nela?

Покажите мне что-нибудь нежное, ласковое... Нелу, где Нела?

Al decir esto, Golfín, descubriendo nuevamente sus ojos a la luz y auxiliándoles con anteojos hábilmente graduados, le ponía en comunicación con la belleza visible.

При этих словах Гольфин, вновь открыв его глаза свету и надев на него искусно подобранные очки, явил ему зримую красоту.

--¡Oh! Dios mío... ¿esto que veo es la Nela?--exclamó Pablo con entusiasta admiración.

— Боже мой!.. Неужели то, что я вижу, — это Нела? — воскликнул Пабло в восторженном изумлении.

--Es tu prima Florentina.

— Это твоя кузина Флорентина.

--¡Ah!--dijo el joven lleno de confusión--. Es mi prima.... Yo no tenía idea de una hermosura semejante.... Bendito sea el sentido que permite gozar de esta luz divina.

— Ах! — смутился юноша. — Это кузина... Я и помыслить не мог о подобной красоте... Благословенно зрение, позволяющее вкушать этот божественный свет!

Prima mía, eres como una música deliciosa, eso que veo me parece la expresión más clara de la armonía.... ¿Y la Nela dónde está?

Сестрица, ты словно дивная музыка, твой облик кажется мне чистейшим выражением гармонии... А где же Нела?

--Tiempo tendrás de verla--dijo D. Francisco lleno de gozo--. Sosiégate ahora.

— Успеешь еще повидать ее, — радостно произнес дон Франсиско. — Успокойся пока.

--¡Florentina, Florentina!--repitió el ciego con desvarío--. ¿Qué tienes en esa cara que parece la misma idea de Dios puesta en carnes? Estás en medio de una cosa que debe de ser el sol.

— Флорентина, Флорентина! — в бреду повторял слепец. — Что это за лицо, словно сама мысль Божья воплотилась во плоти? Ты стоишь посреди чего-то ослепительного... это, должно быть, солнце.

De tu cara salen unos como rayos... al fin puedo tener idea de cómo son los ángeles... y tu cuerpo, tus manos, tus cabellos vibran mostrándome ideas preciosísimas... ¿qué es esto?

От твоего лица исходят точно лучи... теперь я знаю, каковы ангелы... а твой стан, руки, волосы трепещут, являя мне дивные образы... что это?

--Principia a hacerse cargo de los colores--murmuró Golfín--. Quizás vea los objetos rodeados con los colores del iris. Aún no posee bien la adaptación a las distancias.

— Начинает различать цвета, — прошептал Гольфин. — Возможно, предметы видятся ему в радужном ореоле. К расстояниям он еще не приспособился.

--Te veo dentro de mis propios ojos--añadió Pablo--. Te fundes con todo lo que pienso, y tu persona visible es para mí como un recuerdo. ¿Un recuerdo de qué? Yo no he visto nada hasta ahora....

— Я вижу тебя внутри собственных глаз, — продолжал Пабло. — Ты сливаешься со всеми моими мыслями, и твой зримый облик для меня словно воспоминание. Но о чем? Ведь я доселе ничего не видел...

¿Habré vivido antes de esta vida? No lo sé; pero yo tenía noticias de esos tus ojos. Y tú, padre, ¿dónde estás? ¡Ah!, ya te veo. Eres tú... se me representa contigo el amor que te tengo.... ¿Pues y mi tío?...

Неужели я уже жил до этой жизни? Не знаю; но эти твои глаза мне уже были ведомы. А ты, отец, где ты? Ах, вот вижу! Это ты... в тебе воплощается вся моя любовь к тебе... А дядя?..

Ambos os parecéis mucho.... ¿En dónde está el bendito Golfín?

Вы оба так похожи... А где же благословенный Гольфин?

--Aquí... en la presencia de su enfermo--dijo Teodoro presentándose--. Aquí estoy más feo que Picio.... Como usted no ha visto aún leones ni perros de Terranova, no tendrá idea de mi belleza....

— Здесь... пред очами своего пациента, — отозвался Теодоро, подходя ближе. — Я тут краше всех на свете... А так как вы еще не видали ни львов, ни водолазов, то о моей красоте вам трудно судить...

Dicen que me parezco a aquellos nobles animales.

Говорят, я похож на этих благородных животных.

--Todos son buenas personas--dijo Pablo con gran candor--; pero mi prima a todos les lleva inmensa ventaja.... ¿Y la Nela?, por Dios, ¿no traen a la Nela?

— Все вы прекрасные люди, — с великим простодушием молвил Пабло, — но кузина далеко превосходит всех... А Нела? Ради Бога, почему не ведут Нелу?

Dijéronle que su lazarillo no parecía por la casa, ni podían ellos ocuparse en buscarla, lo que le causó grandísima pena.

Ему сказали, что его поводыря в доме нет и искать ее некому, отчего он глубоко опечалился.

Procuraron calmarle, y como era de temer un acceso de fiebre, le acostaron, incitándole a dormir. Al día siguiente era grande su postración, pero de todo triunfó su naturaleza enérgica.

Его попытались успокоить, а так как следовало опасаться приступа лихорадки, уложили в постель и велели спать. Наутро слабость была велика, но сильная натура юноши одолела недуг.

Pidió que le enseñaran un vaso de agua y al verlo dijo:

Он попросил показать ему стакан воды и, взглянув на него, произнес:

--Parece que estoy bebiendo el agua sólo con verla.

— Кажется, будто я пью воду, просто глядя на нее.

Del mismo modo se expresó con respecto a otros objetos, los cuales hacían viva impresión en su fantasía. Golfín después de tratar de remediar la aberración de esfericidad por medio de lentes, que fue probando

Так же отзывался он и о других вещах, производивших живейшее впечатление на его воображение. Попытавшись исправить сферическую аберрацию с помощью стекол, которые Гольфин примерял

uno tras otro, principió a ejercitarle en la distinción y combinación de los colores; pero el vigoroso entendimiento del joven propendía siempre a distinguir la fealdad de la hermosura.

одно за другим, доктор принялся упражнять его в распознавании и сочетании цветов; однако пытливый ум юноши упорно стремился лишь отличать безобразное от прекрасного.

Distinguía estas dos ideas en absoluto, sin que influyera nada en él ni la idea de utilidad, ni aun la de bondad. Pareciole encantadora una mariposa que extraviada entró en su cuarto.

Он строго разделял эти понятия, нимало не считаясь ни с пользой, ни даже с добродетелью. Случайно залетевшая в комнату бабочка показалась ему восхитительной.

Un tintero le parecía horrible, a pesar de que su tío le demostró con ingeniosos argumentos, que servía para poner la tinta de escribir... la tinta de escribir.

Чернильницу же он счел отвратительной, хотя дядя и доказывал со всевозможной убедительностью, что она нужна для чернил... чернил для письма.

Entre una estampa del Crucificado y otra de Galatea navegando sobre una concha con escolta de tritones y ninfas, prefirió esta última, lo que hizo mal efecto en Florentina, que prometió enseñarle a poner las

Выбирая между гравюрой с Распятием и изображением Галатеи, плывущей в раковине в окружении тритонов и нимф, он предпочел вторую; это огорчило Флорентину, пообещавшую научить его ставить

cosas sagradas cien codos por encima de las profanas. Observaba las caras con la más viva atención, y la maravillosa concordancia de los accidentes faciales con el lenguaje le pasmaba en extremo.

священное неизмеримо выше мирского. Он с живейшим вниманием вглядывался в лица, и его поражало удивительное соответствие мимики человеческой речи.

Viendo a las criadas y a otras mujeres de Aldeacorba, manifestó el más vivo desagrado, porque eran o feas o insignificantes; y es que la hermosura de su prima convertía en adefesios a todas las demás mujeres.

Служанки и прочие альдеакорбские женщины вызывали у него крайнюю неприязнь, ибо были либо дурнушками, либо невзрачны; красота кузины превращала всех остальных в форменных страшилищ.

A pesar de esto, deseaba verlas a todas. Su curiosidad era una fiebre intensa que de ningún modo podía calmarse. Cada vez era mayor su desconsuelo por no ver a la Nela; pero en tanto rogaba a Florentina que no

И все же ему хотелось увидеть всех. Любопытство жгло его словно лихорадка, не утихая ни на миг. Тоска по Неле становилась все сильнее; между тем он умолял Флорентину ни на секунду

dejase de acompañarle un momento.

не отходить от него.

El tercer día le dijo Golfín:

На третий день Гольфин сказал ему:

--Ya se ha enterado usted de gran parte de las maravillas del mundo visible. Ahora es preciso que vea su propia persona.

— Вы уже познакомились со многими чудесами видимого мира. Теперь вам непременно нужно взглянуть на самого себя.

Trajeron un espejo y Pablo se miró en él.

Принесли зеркало, и Пабло взглянул на себя.

--Este soy yo...--dijo con loca admiración--. Trabajo me cuesta el creerlo.... ¿Y cómo estoy dentro de esta agua dura y quieta? ¡Qué cosa tan admirable es el vidrio!

— Это я?.. — произнёс он в безумном восторге. — Мне даже трудно поверить… И как же я поместился в этой твёрдой, неподвижной воде? Какое удивительное творение — стекло!

Parece mentira que los hombres hayan hecho esta atmósfera de piedra.... Por vida mía que no soy feo... ¿no es verdad, prima? ¿Y tú, cuando te miras aquí, sales tan guapa como eres? No puede ser.

Невероятно, что люди сумели создать этот каменный воздух… Клянусь жизнью, я вовсе не дурён… правда ведь, кузина? А ты, когда смотришься сюда, кажешься такой же красавицей, как наяву? Этого не может быть.

Mírate en el cielo trasparente y allí verás tu imagen. Creerás que ves a los ángeles cuando te veas a ti misma.

Посмотрись в прозрачное небо, и там ты увидишь свой образ. Глядя на себя, ты решишь, что видишь ангелов.

A solas con Florentina, y cuando esta le prodigaba a prima noche las atenciones y cuidados que exige un enfermo, Pablo le decía:

Оставшись наедине с Флорентиной, когда она с наступлением вечера окружала его заботами и вниманием, столь необходимыми больному, Пабло говорил ей:

--Prima mía, mi padre me ha leído aquel pasaje de nuestra historia, cuando un hombre llamado Cristóbal Colón descubrió el Mundo Nuevo, jamás visto por hombre alguno de Europa.

— Кузина моя, отец читал мне то место из нашей истории, где некий человек по имени Христофор Колумб открыл Новый Свет, которого прежде не видел ни один европеец.

Aquel navegante abrió los ojos del mundo conocido para que viera otro más hermoso. No puedo figurármelo a él sino como a un Teodoro Golfín, y a la Europa como a un gran ciego para quien la América y sus

Тот мореплаватель открыл глаза прежнему миру, чтобы он узрел другой, прекраснейший. Я не могу представить его себе иначе как доном Теодоро Гольфином, а Европу — как слепца, для которого Америка

maravillas fueron la luz. Yo también he descubierto un Nuevo Mundo. Tú eres mi América, tú eres aquella primera isla hermosa donde puso su pie el navegante.

и её чудеса стали светом. Я тоже открыл Новый Свет. Ты — моя Америка, ты тот первый прекрасный остров, на который ступила нога мореплавателя.

Faltole ver el continente con sus inmensos bosques y ríos. A mí también me quedará por ver quizás lo más hermoso....

Ему ещё предстояло увидеть материк с его бескрайними лесами и реками. Быть может, и мне ещё предстоит увидеть самое прекрасное…

Después cayó en profunda meditación, y al cabo de ella preguntó:

Затем он погрузился в глубокую задумчивость и наконец спросил:

--¿En dónde está la Nela?

— Где же Нела?

--No sé qué le pasa a esa pobre muchacha--dijo Florentina--. No quiere verte sin duda.

— Право, не знаю, что с бедняжкой, — ответила Флорентина. — Должно быть, она не хочет тебя видеть.

--Es vergonzosa y muy modesta--replicó Pablo--. Teme molestar a los de casa. Florentina, en confianza te diré que la quiero mucho. Tú la querrás mucho también.

— Она застенчива и очень скромна, — возразил Пабло. — Боится побеспокоить домашних. Флорентина, признаюсь тебе по секрету: я очень люблю её. И ты её тоже очень полюбишь.

Deseo ardientemente ver a esa buena compañera y amiga mía.

Я страстно желаю увидеть эту добрую мою спутницу и подругу.

--Yo misma iré a buscarla mañana.

— Завтра я сама схожу за ней.

--Sí, sí... pero no estés mucho tiempo fuera. Cuando no te veo, estoy muy solo.... Me he acostumbrado a verte, y estos tres días me parecen siglos de felicidad.... No me robes ni un minuto.

— Да, да… только не уходи надолго. Когда я не вижу тебя, мне так одиноко… Я привык видеть тебя, и эти три дня кажутся мне веками блаженства… Не отнимай у меня ни минуты.

Decíame anoche mi padre que después de verte a ti no debo tener curiosidad de ver a mujer ninguna.

Вчера вечером отец говорил мне, что, увидев тебя, мне уже незачем стремиться увидеть какую-либо другую женщину.

--¡Qué tontería!--dijo la señorita ruborizándose--. Hay otras mucho más guapas que yo....

— Какие глупости! — вспыхнула барышня. — Есть девушки куда красивее меня…

--No, no, todos dicen que no--afirmó Pablo con vehemencia, y dirigía su cara vendada hacia la primita, como si al través de tantos obstáculos quisiera verla aún--.

— Нет, нет, все твердят, что нет! — горячо воскликнул Пабло, обращая забинтованное лицо к кузине, словно желая сквозь все эти преграды увидеть её. —

Antes me decían eso y yo no lo quería creer; pero después que tengo conciencia del mundo visible y de la belleza real, lo creo, sí, lo creo.

Прежде мне говорили это, а я не хотел верить; но теперь, когда я познал зримый мир и истинную красоту, я верю, да, верю!

Eres un tipo perfecto de hermosura; no hay más allá, no puede haberlo.... Dame tu mano. El primo estrechó ardientemente entre sus manos la de la señorita.

Ты — совершенный образец красоты; прекраснее ничего нет и быть не может… Дай мне руку. — И он пылко сжал руку кузины в своих ладонях.

--Ahora me río yo--añadió él--de mi ridícula vanidad de ciego, de mi necio empeño de apreciar sin vista el aspecto de las cosas.... Creo que toda la vida me durará el asombro que me produjo la realidad....

— Теперь я сам смеюсь, — продолжал он, — над своим нелепым тщеславием слепца, над глупым упорством судить об облике вещей без зрения… Думаю, изумление, вызванное действительностью, останется со мной на всю жизнь…

¡La realidad! El que no la posee es un idiota.... Florentina, yo era un idiota.

Действительность! Тот, кто её лишён, — глупец… Флорентина, я был глупцом.

--No, primo; siempre fuiste y eres muy discreto.... Pero no excites ahora tu imaginación.... Pronto será hora de dormir. D. Teodoro ha mandado que no se te dé conversación a esta hora, porque te desvelas....

— Полно, кузен, ты всегда был и остаёшься очень рассудительным… Но не волнуй сейчас своё воображение… Скоро пора спать. Дон Теодоро запретил вести с тобой беседы в такой час, иначе ты не сможешь уснуть…

Si no te callas me voy.

Если ты не замолчишь, я уйду.

--¿Es ya de noche?

— Уже ночь?

--Sí, es de noche.

— Да, ночь.

--Pues sea de noche o de día, yo quiero hablar--afirmó Pablo, inquieto en su lecho, sobre el cual reposaba vestido y muy excitado--.

— Ночь ли, день ли, а я хочу говорить, — объявил Пабло, беспокойно ворочаясь в постели, где лежал прямо в одежде, в крайнем возбуждении.

Con una condición me callo, y es que no te vayas de mi lado y de tiempo en tiempo des una palmada en la cama, para saber yo que estás ahí.

Я замолчу лишь с одним условием: не отходи от меня и время от времени хлопай ладонью по кровати, чтобы я знал, что ты здесь.

--Bueno, así lo haré, y ahí va la primer fe de vida--dijo Florentina, dando una palmada en la cama.

— Хорошо, договорились. Вот тебе первая весточка, что я жива, — сказала Флорентина, хлопнув ладонью по постели.

--Cuando te siento reír, parece que respiro un ambiente fresco y perfumado, y todos mis sentidos antiguos se ponen a reproducirme tu persona de distintos modos.

— Когда я слышу твой смех, мне чудится, будто я вдыхаю свежий, благоуханный воздух, и все мои прежние чувства наперебой рисуют мне твой образ на разные лады.

El recuerdo de tu imagen subsiste en mí de tal manera que vendado te estoy viendo lo mismo.

Память о твоём облике так жива во мне, что даже с повязкой на глазах я вижу тебя точь-в-точь такой же.

--¿Vuelve la charla?... Que llamo a D. Teodoro--dijo la señorita jovialmente.

— Опять за разговоры?.. Смотри, позову дона Теодоро, — весело пригрозила барышня.

--No... estate quieta. Si no puedo callar... si callara, todo lo que pienso, todo lo que siento y lo que veo aquí dentro de mi cerebro me atormentaría más.... ¡Y quieres tú que duerma!... ¡Dormir!

— Нет… постой. Я не могу молчать… Если я замолчу, всё, о чём я думаю, что чувствую и вижу мысленным взором, станет мучить меня ещё сильнее… А ты хочешь, чтобы я уснул!.. Спать!

Si te tengo aquí dentro, Florentina, dándome vueltas en el cerebro y volviéndome loco.... Padezco y gozo lo que no se puede decir, porque no hay palabras para decirlo.

Да ведь ты не выходишь у меня из головы, Флорентина, кружишь мне мысли и сводишь с ума… Я испытываю такие муки и такое блаженство, каких не пересказать — для них нет слов.

Toda la noche la paso hablando contigo y con la Nela... ¡la pobre Nela!, tengo curiosidad de verla, una curiosidad muy grande.

Всю ночь напролёт я беседую с тобой и с Нелой… Бедная Нела! Мне так любопытно её увидеть, так не терпится…

--Yo misma iré a buscarla mañana.... Vaya, se acabó la conversación. Calladito, o me marcho.

— Завтра я сама схожу за ней… Ну всё, разговор окончен. Молчи, а не то уйду.

--Quédate.... Hablaré conmigo mismo.... Ahora voy a repetir las cosas que te dije anoche, cuando hablábamos solos los dos... voy a recordar lo que tú me dijiste....

— Останься… Я буду говорить сам с собой… Стану повторять то, что говорил тебе прошлой ночью, когда мы беседовали вдвоём… припомню всё, что ты мне отвечала…

--¿Yo?

— Я?

--Es decir, las cosas que yo me figuraba oír de tu boca.... Silencio, señorita de Penáguilas... yo me entiendo solo con mi imaginación.

— То есть то, что мне грезилось услышать из твоих уст… Молчите, сеньорита де Пенагилас… теперь я остаюсь наедине со своим воображением.

Al día siguiente cuando Florentina se presentó delante de su primo, le dijo:

На следующий день, войдя к кузену, Флорентина сказала:

--Traía a Mariquilla y se me escapó. ¡Qué ingratitud!

— Я вела Марикилью, а она сбежала от меня. Какая неблагодарность!

--¿Y no la has buscado?

— И ты её не искала?

--¿Dónde?... ¡Huyó de mí! Esta tarde saldré otra vez y la buscaré hasta que la encuentre.

— Где же искать?.. Она от меня удрала! Сегодня вечером пойду снова и буду искать, пока не найду.

--No, no salgas--dijo Pablo vivamente--. Ella parecerá, ella vendrá sola.

— Нет, не ходи, — живо отозвался Пабло. — Она найдётся, сама придёт.

--Parece loca.

— Она будто помешанная.

--¿Sabe que tengo vista?

— Она знает, что я прозрел?

--Yo misma se lo he dicho. Pero sin duda ha perdido el juicio. Dice que yo soy la Santísima Virgen y me besa el vestido.

— Я сама ей об этом сказала. Но она точно лишилась рассудка: твердит, будто я Пресвятая Дева, и целует мне платье.

--Es que le produces a ella el mismo efecto que a todos. La Nela es tan buena.... ¡Pobre muchacha! Es preciso protegerla, Florentina, protegerla, ¿no te parece?

— Просто ты на неё производишь такое же впечатление, как и на всех. Нела такая добрая... Бедная девочка! Ей непременно нужно помочь, Флорентина, приютить её, как ты думаешь?

--Es una ingrata--dijo Florentina con tristeza.

— Она неблагодарная, — с грустью отозвалась Флорентина.

--¡Ah!, no lo creas. La Nela no puede ser ingrata. Es muy buena... yo la aprecio mucho.... Es preciso que me la busquen y me la traigan aquí.

— Ах, не думай так! Нела не может быть неблагодарной. Она очень добрая... я её искренне люблю... Надо непременно отыскать её и привести ко мне.

--Yo iré.

— Я пойду за ней.

--No, no, tú no--dijo prontamente Pablo, tomando la mano de su prima--. La obligación de usted, señorita sin juicio, es acompañarme.

— Нет, нет, только не ты, — поспешно возразил Пабло, схватив кузину за руку. — Ваша обязанность, ветреная барышня, — быть со мной.

Si no viene pronto el señor Golfín a levantarme la venda y ponerme los vidrios, yo me la levantaré solo. Desde ayer no te veo, y esto no se puede sufrir, no, no se puede sufrir.... ¿Ha venido D. Teodoro?

Если господин Гольфин не придет сейчас же снять повязку и надеть очки, я сам её сорву. Я со вчерашнего дня тебя не видел, это невыносимо, нет, просто невыносимо!.. Дон Теодоро пришел?

--Abajo está con tu padre y el mío. Pronto subirá. Ten paciencia; pareces un chiquillo de escuela.

— Он внизу, с твоим и моим отцом. Скоро поднимется. Потерпи же; ведешь себя как школьник.

Pablo se incorporó con desvarío.

Пабло в исступлении приподнялся на постели.

--¡Luz, luz!... Es una iniquidad que le tengan a uno tanto tiempo a oscuras. Así no se puede vivir... yo me muero. Necesito mi pan de cada día, necesito la función de mis ojos....

— Света, света!.. Какая жестокость — держать человека столько времени впотьмах. Так жить невозможно... я погибаю. Мне нужен мой насущный хлеб, мне нужно видеть!..

Hoy no te he visto, prima, y estoy loco por verte. Tengo una sed rabiosa de verte. ¡Viva la realidad!... Bendito sea Dios que te crió, mujer hechicera, compendio de todas las bellezas....

Сегодня я еще не видел тебя, сестрица, и сгораю от нетерпения. Я неистово жажду увидеть тебя. Да здравствует явь!.. Благословен Господь, сотворивший тебя, волшебница, воплощение всех красот...

Pero si después de criar la hermosura, no hubiera criado Dios los corazones, ¡cuán tonta sería su obra!... ¡Luz, luz!

Но если бы, создав красоту, Бог не дал нам сердец, сколь бессмысленным было бы Его творение!.. Света, света!

Subió Teodoro y le abrió las puertas de la realidad, inundando de gozo su alma. Después pasó el día tranquilo, hablando de cosas diversas.

Вошел Теодоро и открыл для него врата зримого мира, затопив его душу восторгом. Затем день потек спокойно, в разговорах о всякой всячине.

Hasta la noche no volvió a fijar la atención en un punto de su vida, que parecía alejarse y disminuir y borrarse, como las naves que en un día sereno se pierden en el horizonte.

Лишь к вечеру Пабло вновь вспомнил о той частице прежней жизни, что теперь словно удалялась, таяла и исчезала, подобно кораблям, скрывающимся в ясный день за горизонтом.

Como quien recuerda un hecho muy antiguo, Pablo dijo:

Словно воскрешая в памяти далекое прошлое, Пабло спросил:

--¿No ha parecido la Nela?

— Нела так и не нашлась?

Díjole Florentina que no, y hablaron de otra cosa.

Флорентина ответила, что нет, и они заговорили о другом.

Aquella noche sintió Pablo a deshora ruido de voces en la casa. Creyó oír la voz de Teodoro Golfín, la de Florentina y la de su padre.

В ту ночь Пабло в неурочный час услышал в доме голоса. Ему почудился голос Теодоро Гольфина, Флорентины и отца.

Después se durmió tranquilamente, siguiendo durante su sueño atormentado por las imágenes de todo lo que había visto y por los fantasmas de lo que él mismo se imaginaba.

Потом он спокойно уснул, но во сне его продолжали мучить образы всего увиденного и призраки, рожденные его собственным воображением.

Su sueño, que principió dulce y tranquilo, fue después agitado y angustioso, porque en el profundo seno de su alma, como en una caverna recién iluminada, luchaban las hermosuras y fealdades del mundo plástico,

Сон его, поначалу тихий и отрадный, сменился тревогой и мукой: в глубинах души, точно в озаренной внезапным светом пещере, прекрасное и безобразное вещественного мира сошлись в схватке,

despertando pasiones, enterrando recuerdos y trastornando su alma toda. Al día siguiente, según promesa de Golfín, le permitirían levantarse y andar por la casa.

пробуждая страсти, хороня воспоминания и переворачивая все его существо. На следующий день, по обещанию Гольфина, ему должны были позволить встать и ходить по дому.